Тайны кремлевского двора... и Осиповичского района

Для БИБЛИОТЕКИ проекта оцифрована очередная книга:

ТАЙНЫ КРЕМЛЕВСКОГО ДВОРА

хроника кровавых событий

Минск, издательство «Полымя», «АЖУР», 1993 год, тираж 40 000 экз.

СОСТАВИТЕЛИ: Абрамченко Олег Никитич, Акулов Петр Васильевич

Как проверить наличие в книге информации о вашем населенном пункте, фамилии?

К сожалению, географический указатель по книге отсутствует. Сделать это сможете обратившись в группу проекта «Электронная книга Память. Беларусь! — ЖМИ ЗДЕСЬ

Там же в группе есть ИМЕННОЙ УКАЗАТЕЛЬ — ЖМИ ЗДЕСЬ

Как почитать-полистать книгу?

Если Вас заинтересовало издание, то страницы книги вы можете заказать и получить с помощью Е-доставки.

Вопросы – запросы пишите в комментариях к статье и в нашем ТЕЛЕГРАМ-канале

ОЗНАКОМИТЕЛЬНЫЙ ФРАГМЕНТ по Осиповичскому району

ГЛАВА: ПО РАЗНАРЯДКЕ НАРКОМА БЕРМАНА (стр.80-83)

22 июня 1940 года, ровно за год до начала войны, во внутренней тюрьме НКВД в Минске был расстрелян бывший начальник Осиповичского райотдела внутренних дел младший лейтенант госбезопасности Иосиф Киселев, осуждены и его помощник лейтенант Кашмель, другие сотрудники НКВД.

Кто они, эти люди? Жертвы или палачи? Или жертвы и палачи одновременно? Люди жестокие, бессердечные или же просто слепые исполнители злой воли вождя? Попробуем разобраться в драматических событиях тех лет.

Передо мной два объемистых тома архивного уголовного дела по .обвинению младшего лейтенанта госбезопасности И. Киселева. На обложке крупный трафаретный штамп с жутковатой надписью: «С расстрелом». Или, как говорят юристы, «расстрельное дело».

Вот некоторые документы. Оказывается, в 1937— 1938 годах органами НКВД проводилась акция, которая называлась «Массовая операция по разгрому агентуры иностранных разведок». Или просто «Операция». Директива наркома внутренних дел БССР Бермана была такая: по каждому району необходимо «оперировать» в среднем по 300 иностранных агентов. Можно больше, но не меньше. Сотрудники НКВД, давшие наименьшее количество «разоблачений», считались никуда негодными. Более того — двурушниками или даже скрытыми врагами советской власти.

Итак, выбирай, младший лейтенант госбезопасности Иосиф Киселев, с кем ты? С теми, кто правильно понимает сталинскую политику и активно разоблачает шпионов и диверсантов, или же с теми, кто всеми возможными средствами сопротивляется этому указанию.

Киселев выбрал первое. И вот результат. Он изложен в специальной справке, приобщенной к уголовному делу.

По Осиповичскому району в течение двух лет начиная с 1 января 1937 года в результате “Операции» органами НКВД арестовано 785 человек, из них «диверсантов» — 41, членов так называемой ПОВ — Польской организации войсковой (ее в Беларуси не существовало в природе.— М. Т.) — 76, нац. фашистов —3, террористов —1, вредителей —34, меньшевиков — 13, церковников — 53, сектантов — И, сионистов — 1, троцкистов — 7, агентов иностранных разведок — 132, прочих контрреволюционных элементов — 413.

«Разнарядку» наркома Осиповичский райотдел НКВД, как видим, выполнил успешно. Это подтверждается и докладной запиской начальника РО НКВД Киселева на имя Бермана. В ней сообщалось:

«В Осиповичском районе по состоянию на 15 апреля 1938 года органами НКВД изъято 637 человек. Сознались 169 человек, из коих шпионов — 53, диверсантов — 32, членов ПОВ — 75, повстанцев — 5. Непосредственно в РО НКВД обработано 136 человек, 169 направлены в центр. На стекольном заводе вскрыто 75 членов ПОВ. Все они приговорены к ВМН (высшей мере наказания)»,

В докладе наркому говорилось и о том, что мощный удар в районе нанесен по поджигателям народного добра, вскрыто 15 крупнейших поджогов и 12 предотвращено. Поджигатели тоже сознались. Тут уместно вспомнить такой анекдот. У Сталина пропала трубка, он звонит Берии, требует немедленно найти ее. Через час вождь снова звонит ( Берии, говорит, что трубка нашлась. “Жаль,— [ отвечает Берия.— А то 25 человек уже сознались, ) что украли трубку».

В Осиповичском РО НКВД Киселев придумал такую схему. Он заявил на служебном совещании в райисполкоме: все те, кто пришел в нашу страну с запада после 1920 года,— это на 99 процентов шпионы. Так что нечего с ними церемониться, надо представлять на всех справки в НКВД с компроматом. А уж НКВД разберется что к чему. Мало того, что сотрудники райотдела сами ездили по району и собирали такой компромат. Какой надо и на кого надо. По принципу — был бы человек, а компрометирующий материал найдется.

Дальше все было делом техники. Существовало тысяча способов добиться признаний от арестованных. Например, вызывал следователь обвиняемого на первый допрос в камеру, где на стене висел большой портрет Иосифа Виссарионовича. И говорил: “Становись, сукин сын, на колени! Проси прощения у вождя!». «За что я должен просить прощения? Я ни в чем не виноват!» — недоумевал арестованный. «Ах, ты еще и пререкаешься!» — негодовал следователь и применял другие методы воздействия. Нередко «фирменные». Один любил переворачивать стул и сажать на его ножку допрашиваемого, в каждую руку давал по тяжелому тому Евангелия, заставлял поднимать руки со Святым Писанием вверх и держать их так до тех пор, пока подследственный не падал в обморок. Другой предпочитал бить ребром ладони по шее, а третий — обливать холодной водой. В борьбе с “врагами» все способы хороши.

В ходу был и обман. Следователь говорил: “Подпиши протокол допроса. Этот протокол в дело подшиваться не будет. Но твою участь облегчит». И допрашиваемый нередко подписывал предложенное. Иной раз то была подпись под смертным приговором самому себе.

Тех, кто не «сознавался», отправляли в Могилев. Говорили: “Тут не хочешь «колоться», там, у Шлифенсона, «расколешься».

Самуил Иосифович Шлифенсон, начальник Могилевского НКВД, был своего рода талантом. Он придумал «парилки» в подвале, где в камеру, рассчитанную на несколько человек, насильно втискивали человек по тридцать. Да еще печка подтапливалась. Там все признавались. Еще одна выдумка Шлифенсона — камерные агенты: 3—4 человека из тех, кто уже приговорен к смерти. Эти в надежде выжить будут зубами грызть землю, но добьются признания вины от любого заведомо невиновного.

Так кто же эти вампиры-палачи, как блины фабриковавшие дела на своих же сограждан, недрогнувшей рукой посылавшие их на эшафот за преступления, которые те не совершали? Опытные, квалифицированные люди, имевшие соответствующее образование, прошедшие специальную подготовку?

Нет. Например, Киселев Иосиф Иванович, 1901 года рождения, происходил из «столбовой» белорусской голытьбы, уроженец глухой витебской деревни. Батрак, сын и внук батрака. Не получил никакого образования, самоучка, служил на границе, был чернорабочим на заводе. Тут его усердие заметило местное начальство, в 1933 году пригласило работать в органы НКВД.

Так Иосиф Киселев стал уполномоченным, затем начальником Осиповичского райотдела внутренних дел. Указание «сверху» о проведении «Операции» принял как приказ.

Федор Кашмель, помощник Киселева, тоже не из аристократов. Слесарь-водопроводчик, малограмотный, но усвоивший, что власть — штука хорошая, если ею умело пользоваться. В отличие от Киселева, бескорыстно “коловшего» врагов, Кашмель не брезговал метрами дешевенькой мануфактуры, кроем на сапоги, изъятыми у арестованных. И даже понуждением к сожительству жены арестованного, матери троих детей. Но Кашмелю, можно сказать, повезло — он был приговорен судом к лишению свободы на шесть лет.

Сын Киселева, Владимир Иосифович, прислал недавно в правоохранительные органы письмо с просьбой сообщить о судьбе отца, о котором он ничего не знает. Посетовал в письме на то, что из-за своего родителя вся их семья была сослана в Приморский край.

В чем провинился перед своей Родиной Владимир Иосифович Киселев, сотни и тысячи детей и внуков бывших сотрудников НКВД, в своем слепом и необузданном фанатизме совершавших перед народом тяжкое преступление? Нет, Владимир Иосифович Киселев поистине ни в чем не виноват перед людьми.

Но история остается историей, ее никому не дано переписать. Она вечна и неизменна.